Уходы и приходы лидеров, или к некоторым новостям из Центральной Азии

В 2021 году, в 30-летний, юбилейный год независимости, страны Центральной Азии наверняка будут празднично отмечать множество успехов в своем становлении как суверенные государства. Внесем свою лепту, хоть и не столь праздничную или успехо-регистрирующую. Думая о государственности этих стран, хочется начать с весьма интересного вопроса – как в этих странах сменяются лидеры, или точнее, как складываются судьбы их бывших лидеров. Ведь хорошим показателем того, что государство состоялось, можно считать то, что «правители приходят и уходят, а государство остается», если немного перефразировать центральноазиатскую мудрость. Потому, данный блог об уходах и приходах правителей, через призму некоторых новостных событий. 

28-января 2021 года в Бишкеке состоялась инаугурация новоизбранного президента Кыргызстана, Садыра Жапарова. В церемонии благословения уже шестого президента страны было несколько примечательных моментов. Во-первых, присутствовали на ней только два предшественника Жапарова – Роза Отунбаева и Сооронбай Жээнбеков. Трое других, все живые и относительно здоровые, не могли присутствовать по объективным причинам: Алмазбек Атамбаев, передавший кресло Жээнбекову, угодил позже в тюрьму. Аскар Акаев и Курманбек Бакиев, смещенные в протестных восстаниях 2005 и 2010 годов, соответственно, нашли себе места постоянного проживания в Москве и в Минске, и возвращение в Бишкек для них небезопасно. 

Но не столь примечательны эти отсутствия, сколь примечательно присутствие Жээнбекова. Лишь около трех месяцев ранее он стал третьим президентом Кыргызстана, смещенным с поста через народные протесты. В результате кулуарных переговоров, ему удалось уйти в отставку по собственному заявлению. Благодаря этому, он мог не бежать из страны, и присутствовать на инаугурации своего сместителя и выслушивать довольно прозрачные нелестности в сторону «бывшего руководства» от нового президента. 

Лишь около трех месяцев ранее он стал третьим президентом Кыргызстана, смещенным с поста через народные протесты. В результате кулуарных переговоров, ему удалось уйти в отставку по собственному заявлению.

Была еще одна интересность в инаугурации. Из всего лишь трех поздравительных выступлений, включенных в программу, одним было зачитывание письма от Нурсултана Назарбаева, бывшего – и Первого – президента Казахстана, Елбасы (Лидер нации). Хотя его поздравление было зачитано наверно как от самого старшего и уважаемого лидера региона, аксакала, непосвященный человек мог найти странным то, что не действующий президент, а бывший поздравляет кыргызского новоиспеченного коллегу. И подумать о пресловутом двоевластии в Казахстане. 

Уйдя в отставку с президентства в 2019 году, Назарбаев при этом далеко не ушел от руководства страной – до своей отставки, он ввел ряд норм в основной закон Казахстана касательно исключительных привилегий и пожизненных полномочий для Первого президента – Елбасы. А новому президенту и ставленнику Назарбаева, Касым-Жомарту Токаеву, такая везде нависающая фигура своего предшественника явно создает дискомфорт, если не более.

Уйдя в отставку с президентства в 2019 году, Назарбаев при этом далеко не ушел от руководства страной – до своей отставки, он ввел ряд норм в основной закон Казахстана касательно исключительных привилегий и пожизненных полномочий для Первого президента – Елбасы.

За пару дней до инаугурации Жапарова, в новостях региона появилось интересное сообщение касательно другого Первого президента – Ислама Каримова. Память о покойном первом президенте Узбекистана в одной из областей хотели увековечить через массовое – но, писалось, не бесплатное – установление его бюстов в образовательных учреждениях. Президент Шавкат Мирзияев в отношении своего предшественника высказывается уважительно, но о политике и управлении государством во времена Каримова он чаще всего критичен. Отдельные моменты его ранних речей после вступления в должность напоминали о знаменитом хрущевском выступлении о его предшественнике, Сталине. 

Память о покойном первом президенте Узбекистана в одной из областей хотели увековечить через массовое – но, писалось, не бесплатное – установление его бюстов в образовательных учреждениях.

А в двух других государствах региона в это время были события несколько иной направленности. 12-февраля появилась новость о том, что Президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов, уже правящий государством более 15 лет и успевший давно сменить культ своего предшественника своим, назначил своего сына Сердара вице-премьером и членом совета безопасности, специально для него создав позиции, которых раньше не было.

12-февраля появилась новость о том, что Президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов, уже правящий государством более 15 лет и успевший давно сменить культ своего предшественника своим, назначил своего сына Сердара вице-премьером и членом совета безопасности, специально для него создав позиции, которых раньше не было.

Но самая интересная новость, возможно, пришла из Таджикистана. 22 января, Президент Эмомали Рахмон, он же официально Лидер нации, в сопровождении своего сына Рустама Эмомали, 33-летнего мэра столицы и председателя верхней палаты парламента страны, присутствовал на торжественном открытии Музея Лидера нации – то есть, себя – в своем альма матер, Таджикском Национальном Университете.  

К 30 годам независимости, по биологическим, если не по политическим, законам, любой стране приходится иметь дело со сменой лидера. И тогда неизбежно встает вопрос о том, как быть с прошлым (новым лидерам, пришедшим на смену) и с будущим (лидерам в ожидании своей неизбежной смены). Опыт Кыргызстана, гораздо более богатый, чем у соседей, но противоречивый, наверно больше полезен тем, кто еще не ушел, чем тем, кто уже пришел. 

К 30 годам независимости, по биологическим, если не по политическим, законам, любой стране приходится иметь дело со сменой лидера.

Еще не ушедшие, видя участи кыргызских бывших президентов, могут постараться оставить власть своим отпрыскам, как делают ныне Бердымухамедов и Рахмон. Но разве Каримов и Назарбаев не пытались это сделать? Можно и вовсе просто оставаться во власти пока жив, но участь памяти Каримова, а также его отпрысков, не радужна. Для уже пришедших новых же лидеров, наверно, есть некие нюансы в том, уходит ли многолетний автократ посмертно или при жизни, например, в длине тени Первого, но ясно, что тень в любом случае есть и очень густа – Мирзияев и Токаев с этим работают каждый день.

Есть еще один подход, случившийся пока только один раз в Центральной Азии – с третьим президентом Кыргызстана, единственной пока женщиной лидером, Розой Отунбаевой: передать власть победившему в открытых, демократических выборах преемнику и, как говорится, «уходя, уйти». Среди вышеупомянутых курьезных событий начала юбилейного года в регионе, только ситуация Отунбаевой была совершенно нормальной: быть почетным гостем – экс-президентом в инаугурации очередного президента, чтобы затем спокойно вернуться к своим делам. В ее примере, стало быть, и заключается путь к решению задачи прошлого и будущего лидеров стран: становление института экс-президентства. Увы, такое возможно, скорее всего, только в демократическом государстве.  

Есть еще один подход, случившийся пока только один раз в Центральной Азии – с третьим президентом Кыргызстана, единственной пока женщиной лидером, Розой Отунбаевой: передать власть победившему в открытых, демократических выборах преемнику и, как говорится, «уходя, уйти».

Источник: Global Brief, Эмилбек Джураев

Поделиться ссылкой: