Христианские организации в КР: возможности и вызовы

Анализ ситуации с христианскими церквями. Важнейшей проблемой сегодня для государственной системы является то, что религиозная политика не оформилась в понятные для всех религиозных организации модель, с ясными правилами и нормами. Поэтому вопросы межрелигиозного диалога, как и в 90-х годах являются крайне актуальными.

Встав на путь демократического преобразования с целью сближения с «цивилизованным миром», Кыргызстан в своей Конституции огласил принцип свободы вероисповеданий, что открыло дорогу религиозным миссиям со всего земного шара. Согласно действующей Конституции, наша страна в правовом пространстве придерживается светских и правовым устоев. Это определяет принципы равного отношения и защиты легальных религиозных организаций перед законом[1].

Некоторые проблемы неэффективности государственной религиозной политики являются следствием резкого изменения ситуации в религиозной сфере, которые начали происходить в эпоху Перестройки. Начиная с конца 80-х годов у населения советского государства резко возрастает интерес к различным религиозным течениям. Этот интерес претерпевает всплеск в уже самостоятельном Кыргызстане. В силу существовавших даже в атеистическом государстве религиозных традиций, во всей Центральной Азии наиболее распространенным вероисповеданием остается ислам суннитского толка. При этом наблюдается изобилие внутри исламских религиозных практик. Распространяются и другие религии, которых ранее не существовало на территории не только Кыргызстана, но и всего региона. Учитывая существующие традиции, Кыргызстан в Центральной Азии является одним из наиболее свободных государств для деятельности различных религиозных организаций и даже по мнению британского исследователя Матаиса Пелкманса «самой свободной мусульманской страной».[2] Эту возможность положила политика на заре становления самостоятельного Кыргызстана, что способствовало расширению не только исламских течений, но и появлению на территории Кыргызстана новых христианских организаций, а также иных религиозных течений.

В начале 90-х годов на территории страны функционировало 29 храмов и приходов Русской православной церкви Московского патриархата (далее РПЦ). До середины 90-х годов этническую базу протестантизма в республике составляли немцы, в основном проживавших в северной части Кыргызстана, а православия – русские и украинцы. Протестантизм для немцев служил фактором единения, который также способствовал переселению на историческую родину. Сегодня таким же объединительным фактором протестантизм играет для многих представителей корейского этноса.

С 1995-96гг. начинается процесс расширения и появления новых протестантских общин за счет вовлечения коренного населения (кыргызов, узбеков и таджиков), отчего происходит своего рода укоренение новых религиозных организаций. Проповеди этих организаций начинают проводиться не только на русском, но на кыргызском и узбекском языках.  Расширяются общины и за счет русского и украинского населения – вчерашними атеистами по мировоззрению.

Сегодня в Кыргызстане функционирует около 11 христианских религиозных течений. По официальным данным в стране действует 2814 религиозных организации, из которых 2422 исламского, 378[4]-380 христианского толка, а также около 50 православных приходов РЦП. Четырнадцать организаций относятся к другим вероисповеданиям, в том числе к новым религиозным течениям (НРД). Свою деятельность проводит множество протестантских религиозных объединений и союзов, в частности, «Союз церквей евангельских христиан-баптистов», религиозная община «Кудай жааматы», Союз церквей христиан веры евангельской «Евангелия» пятидесятнической ориентации, «Южная конференция христиан адвентистов седьмого дня», Религиозный центр Свидетелей Иеговы, Евангелическо-лютеранская община, Пресвитерианские общины, церковь харизматического направления, Библейское религиозное общество, миссии зарубежных конфессий и т.п. Каждая из указанных протестантских организаций имеет в своем составе от несколько церквей, молельных домов и центров, расположенных на всей территории республики. Помимо этого имеются незарегистрированные и неформальные христианские группы или собрания со своим духовенством (например, христианские ЛГБТ[5] собрания, возможно, мормонские группы[6] и прочее). Подавляющее большинство описанных выше христианских организаций прошли регистрацию в Министерстве юстиций Кыргызской Республики, а также в Государственной комиссии по делам религии, что дает основания государству наблюдать за их деятельностью.

Начиная с 2000 годов, предпринимаются попытки, взаимен утраченной идеологии советского государства, создать общенациональную идею, куда так или иначе входят религиозные составляющие. После 2006 года, политический курс меняется, так как одновременно с возрождением ислама в Центральной Азии, активно начинают проникать миссионеры из Узбекистана, Саудовской Аравии и Катара. Строящаяся неясная государственная политика стала устранять естественную конкуренцию между религиозными организациями. Межрелигиозные противостояния начинают приобретать все более ярко выраженный характер, однако ограничиваются бытовыми аспектами. Например, запрет на захоронение этнических кыргызов принявших христианство на муниципальных кладбищах, хулиганства со стороны местного населения выражающегося в порче имущества религиозных организаций, всяческое давление и гонения на членов этих организаций и прочее. Это обусловлено тем, что миссионерская активность протестантских христианских организаций, способствовали привлечению в свои ряды новых членов среди этнических кыргызов и узбеков, которые традиционно относились к мусульманам.

В связи с ростом влияния новых религиозных организаций и течений с 2009 г. кроме общин православной (РПЦ) и мусульманских конфессий, видимо не было зарегистрировано ни одной религиозной организации иной вероисповедной принадлежности. Связано это с ужесточением законодательства или препятствиями государственных органов в их регистрации. Большинство религиозных организаций и их общин не могут пройти регистрацию в Госкомиссии по делам религии и Министерстве Юстиций КР[7], потому что число их членов не достигает установленного минимума (200 человек). Этот порог не могут преодолеть не только новые религиозные организации, но и крупные конфессии в удаленных населенных пунктах. Вследствие этого многие верующие вынуждены осуществлять свою деятельность неофициально (незаконно).[8] При этом в Жогорку Кенеше периодически продвигался законопроект увеличивающий число приверженцев (членов) регистрирующихся религиозных организаций до 500 человек. После событий 2010 года происходит рост религиозного влияния исламских учреждений на процесс принятия решений. Особенно сильно это ощущается в сельской местности. Возрастает степень неприятия этнических кыргызов принявших христианство, а также христианских организаций протестантского толка, действующих на этих территориях.

За последнее время, около тысячи иностранных граждан посещало Кыргызстан с целью ведения религиозной деятельности[9]. Точной статистики по количеству приверженцев той или иной конфессии не существует: по достаточно неточным подсчетам и данным, к исламу себя относят от 80-91%, остальные – к представителям других религий. В этих подсчетах, конечно, не учитывается число тех, кто не относит себя ни к каким религиозным направлениям. Такая ситуация в религиозной сфере, должна отражаться в государственной политике по снижению возможных рисков и межрелигиозных конфликтов.

На сегодняшний день в публичном пространстве ведутся споры, необходима ли в Кыргызстане атмосфера плюрализма, или следует запретить большую часть религиозных организаций. В существующей религиозной ситуации, можно наблюдать не менее 4 линий напряженности. Проблематичным остается их исчерпывающее описание, так как на сегодняшний день Кыргызстан не картирован по наиболее конфликтным зонам. Эти линии напряженности можно описать следующим образом:

1. Между представителями мусульманских и христианских организаций. За счет активного вовлечения населения в деятельность различных религиозных организаций, которые между собой зачастую не имеют никаких взаимоотношений, в обществе возникают основания для недоверия и конфликтов. Особенно остро ощущается неприятия при переходе представителей внутри этноса из традиционных для них религиозных организаций в иные или нетрадиционные. Данное противоречие присуще Кыргызстану и проявляется в большей степени в сельских сообществах. Чаще всего происходит неприятие местными сообществами представителей иных религиозных взглядов. Хотя следует признать, что это неприятие различается в зависимости от верований: с меньшей неприязнью местные сообщества относится к некоторым представителям традиционных верований (например, к тенгрианству, которое оценивается как часть наследия кыргызского народа), чем к нетрадиционным, особенно к НРД. На бытовом уровне религиозная неприязнь проявляется в отчуждении неофитов от их семей и родственников, запрете захоронений на «мусульманских» кладбищах и так далее. Местные сообщество, а также духовенство отрицательно относится к активной деятельности протестантских организаций. Переход кыргызов или узбеков в христианство создает множество конфликтов (которые проявляются на различных срезах: межконфессиональном, этническом, социально-бытовом и проч.). Это дает основание мусульманскому духовенству и населению говорить о своего рода «духовной экспансии», совершаемой против кыргызского общества и молодежи в частности. Н. Омаров указывает, что в 2002 году были отмечены первые частные бытовые конфликты по религиозному признаку в Сузакском районе Джалал-Абадской области, с. Таш-Добо и п. Ак-Тюз Чуйской области, жилмассиве Арча-Бешик города Бишкек. К этому стоит добавить, что мусульманское духовенство также пытается остановить процесс распространения христианских учений протестантских организаций. Однако при этом используются преимущественно малодейственные, в целом, меры запретительного характера (так примерно, с начала 2002 года на всей территории Кыргызстана действовало постановление мусульманского руководства, предусматривающее запрет захоронений умерших граждан немусульманской веры на мусульманских кладбищах, несмотря на то, что земли для погребения относятся к муниципальной собственности), расцениваемые кыргызами-христианами как нарушение прав человека[10]. Конфликты, связанные с захоронениями, возникали вплоть до 2016 года, когда не вызвали в публичном пространстве широкие обсуждения, вплоть до вмешательства Президента. В 2017 году была выпущена публикация «Право человека на достойное захоронение», как ответ на вызов существующих конфликтов.

Против усиления позиций протестантских движений и иных НРД совместно с официальными мусульманскими организациями выступает РПЦ[11]. Это отражается на ужесточении законодательства страны в отношение религиозных свобод[12]. С другой стороны, сотрудничество между РПЦ в КР и ДУМКа, способствует взаимопроникновению религиозных культур и решению возникающих проблем, возможных конфликтов и вопросов.

Сегодня, для улучшения устойчивости религиозной ситуации в стране, необходимо развивать диалог между христианскими и исламскими религиозными организациями по укреплению государственности и единства страны.

2. Между христианскими организациями. Православная Церковь, постепенно снижает уровень своего участие и влияния на территории Кыргызстана, однако до сих пор служит сильным фактором политической и религиозной стабильности[13]. На фоне РПЦ, большое влияние, после распада СССР приобрели различные протестантские объединения. В целом можно сказать отметить, что данные противоречия не носят ярко выраженного характера. Скорее они проявляются в разности доктрин и разнице в религиозных обрядах. РПЦ недовольна активным прозелитизмом, которым занимаются протестантские организации. По традиции, официально и неофициально, РПЦ относит все протестантские движения к категории сект или еретических организаций. В этой связи выпускаются и распространяются различные материалы просветительского характера. С другой стороны, сами протестантские организации относятся с недоверием к деятельности и религиозным практикам РПЦ. Возникающие попытки конструктивного диалога между представителями протестантских организаций и РЦП на сегодняшний день не привели к устранению барьеров в их взаимоотношениях. Помимо этого, необходимо отметить, что между самими протестантскими организациями  не существует устойчивого диалога. Наблюдаются процессы разделения или распад протестантских общин. Тем не менее, в среде протестантских организаций в целом существует больше оснований для диалога, чем с РЦП. Это является основным симптомом проблемы во взаимоотношениях христианских организаций.

3. Между христианскими организациями и государством. В целом можно заключить, что положение христианских организаций по сравнению с другими странами Центральной Азии наиболее свободное. Однако существуют тенденции к сокращению религиозных свобод в стране, в первую очередь они касаются протестантских религиозных организаций, НРД и некоторых исламских представительств. Последнее время, государство в лице Государственной комиссии по делам религии КР активно ведется совместная работа с религиозными организациями по построению государственной религиозной политики. Такой курс был взят после трагических событий 2010 года. 16 июня 2016 года в Бишкеке был подписан протокол Соглашения о создании Государственно-конфессионального совета при Государственной комиссии по делам религий Кыргызской Республики. Несмотря на предпринимаемые шаги, не все религиозные организации принимают участие в формировании религиозной политики. Так к сотрудничеству в сфере религиозной политики с государственными органами привлекаются в основном Духовное управление мусульман КР, и русская православная церковь Московского Патриархат, но исключаются другие религиозные организации. В сформированном государственно-конфессиональном совете при Государственной Комиссии по делам религии КР вошли представители ДУМК, Бишкекская и Кыргызстанская епархия РПЦ, Еврейская религиозная община и религиозное буддийское общество «Чамсен». Однако не вошли представители религиозных организаций протестантского толка, несмотря на то, что численность их членов выше численности некоторых представленных организаций[14].

В феврале 2014 года в Кыргызской Республике прошло заседание Совета обороны, созванное Президентом для обсуждения вызовов, существующих в религиозной сфере. На данном заседании директор Государственной комиссии по делам религий (ГКДР) Орозбек Молдалиев озвучил в качестве основных проблем в данной сфере деятельность экстремистских групп и деструктивных сект, к которым, по его словам, относятся такие течения, как «псевдоправославные организации», протестанты, баптисты, Свидетели Иеговы. На местном уровне наблюдаются препятствия к ведению религиозной деятельности некоторых зарегистрированных в стране организаций. Свидетели Иеговы зарегистрированы в одном городе, не могут получить национальную регистрацию, несмотря на многочисленные попытки. Несмотря на формирования мнения об угрозе деятельности христианских организаций некоторые эксперты-религиоведы склоняются к тому, что они не несут угрозы религиозной безопасности. В июне 2014 г. епископ Русской Православной Церкви Феодосий был вынужден покинуть страну, после того как ГКДР отказалась продлить его миссионерскую регистрацию под тем предлогом, что он представляет угрозу общественной безопасности и сеет религиозный раздор, хотя РПЦ отрицают эти обвинения. В этой связи должен происходить систематический мониторинг религиозной ситуации в стране, для предотвращения возможности возникновения конфликтов. Государству, в лице ГКДР необходимо проводить более последовательно надконфессиональную религиозную политику, формируя в качестве основной – гражданскую идентичность.

4. Между христианскими организациями и институтами общественного мнения.

Сегодня, протестантские религиозные организации становятся популярными среди бедных слоев населения, а также одиноки разведенных женщин[15]. Это связано с гуманитарной деятельностью бедной части населения. Однако их деятельность может вызывать недовольство среди местных сообществ и представителей общественных и религиозных организаций. В представлении общества, большинство христианских организаций, за исключением РПЦ расцениваются как «секты», «деструктивные организации», «иностранные агенты» и так далее. Слово «секта» в нашем обществе имеет негативное значение (коннотацию), что формирует и отрицательное и пугающий образ. Такие представления формируют в большинстве своем СМИ, некоторые государственные представители, политические, религиозные деятели и так далее. Формирующееся негативное отношение, особенно в регионах выражается в давлении на деятельность данных организаций и общин, порчи имущества и так далее.  Прошлогодние события, связанные с запретом захоронений этнических кыргызов, перешедших из ислама в христианство разделило общество надвое. Неприязнь, которая при определенных стечениях обстоятельств, может создавать угрозу религиозной безопасности, подогревается в время от времени в местных СМИ. Последователи протестантизма, особенно в регионах, расцениваются как легкомысленные люди, которые становятся жертвами иностранных миссионеров и вызывают неприятия со стороны населения. В этой связи государственным органам и местным властям следует уделять внимание и заниматься эффективной профилактикой конфликтов, там, где могут сложиться зоны напряжения по межрелигиозному признаку. СМИ рекомендуется исключить язык вражды к религиозным организациям в публикуемых ими материалах, что будет способствовать развитию религиозной политики Кыргызстана.

Исследователь Констанстин Ларионов, Кыргызстан


[1] Конституция Кыргызской Республики.

[2] http://carnegieendowment.org/files/ReligiousSecurityinKyrgyzstan.pdf

[3] Данные из открытых, в том числе официальных источников.

[4] http://aimakpress.kg/%D1%80%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%B3%D0%B8%D1%8F-%D0%BF%D0%BB%D1%8E%D1%81%D1%8B-%D0%B8-%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D1%83%D1%81%D1%8B-%D1%81%D0%B8%D1%82%D1%83%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D0%B2-%D1%80%D0%B5%D1%81%D0%BF/

[5] Об их существовании свидетельствуют международные форумы, которые проводятся в зарубежных странах (см.: http://jopahenka.ru/VIDEO/HENKS_DVD/triste/Religion_and_homosexuality/LGBT_service.htm)

[6] http://www.bogoslov.ru/text/5534581/index.html  и http://members.vb.kg/2006/08/22/tema/1.html

[7] Министерство юстиций Кыргызской Республики.

[8] Из интервью с экспертом в области религиоведения Галиной Колодзинской от 27.10.2016г.

[9] См.: http://www.open.kg/about-kyrgyzstan/culture/religion/246-religiya-v-sovremennom-kyrgyzstane.html

[10] Омаров М. Э. «Этноконфессиональные процессы в Кыргызстане: реалии и перспективы»// Ориентир, № 1,//Б., 2003г.

[11] Русская Православная Церковь Московского патриархата.

[12] П. Себастьян. Христианство в современной Центральной Азии//Вестник Евразии.№2. 2003 г.

[13] См.: Центральная Азия сегодня: вызовы и угрозы. Алматы 2011г.

[14] См.: http://cabar.asia/ru/indira-aslanova-bezuslovnym-preimushhestvom-tekushhej-politiki-v-religioznoj-sfere-yavlyaetsya-sam-fakt-ee-realizatsii/

[15] http://carnegieendowment.org/files/ReligiousSecurityinKyrgyzstan.pdf

Поделиться ссылкой:

Leave a Comment